Неделя 11-я по Пятидесятнице. Собор новомучеников и исповедников Соловецких

23 августа с. г., в Неделю 11-ю по Пятидесятнице, в храме иконы Божией Матери «Знамение» Курская-Коренная прихода мчч. Валентина и Пасикрата г. Ульма была совершена Божественная литургия. В этот день Святая Церковь наряду со многими святыми чествует Собор новомучеников и исповедников Соловецких. Празднование Собора установлено Указом Патриарха Московского и всея Руси Алексия II от 25 марта 2000 года.

В истории России прошедший ХХ-й век был ознаменован жестокими гонениями советской власти на Православную Церковь. Многие клирики и простые верующие были подвергнуты ужасающим издевательствам и преследуемы вплоть до смерти со стороны атеистического государства за свои религиозные убеждения. И среди них - новомученики и исповедники Соловецкие, являющиеся ярчайшим примером верности Христу и Его Церкви. Их пример по-прежнему требует полноценного осмысления, а жизнь, ставшая житием, – внимательного изучения.

По страшному стечению обстоятельств место подвижничества великих русских святых – Соловецкие острова в Белом море – в годы большевистских репрессий стало местом

мученичества для миллионов невинно осужденных людей, насильственно помещенных в нечеловеческие условия, из которого была только одна дорога – к смерти. Но как бы ни были жестоки их истязатели, как свет от неугасимой лампады, над землей архипелага поднималась к небу молитва о России.

Накануне, 22 августа, состоялось Всенощное бдение.

Воскресную Божественную литургию совершил настоятель игумен Максим (Шмидт) в сослужении диаконов Сергия Гофсец и Валентина Усачёва. Богослужебные песнопения исполнил приходской хор под руководством регента чтеца Николая Шилинцева.

За литургией читается Евангелие о немилосердном должнике, https://days.pravoslavie.ru/bible/z_mf_17_14_23.html#z.

Свою проповедь игумен Максим посвятил воскресному Евангельскому чтению.

Проповедь в Неделю 11-ю по Пятидесятнице.
Митрополит Антоний Сурожский

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Сегодняшняя притча такая ясная, такая простая, но я хотел бы обратить ваше внимание на одну или две вещи в ней. Из притчи ясно, что если мы не прощаем друг другу то малое, чем мы согрешаем друг перед другом, Бог не может простить нам то великое, чем мы должны Ему. И это верно; но я хочу задуматься о чем-то другом.

Мы должны друг перед другом столь малым: мы раним друг во друге самолюбие или гордость; мы разрушаем надежды друг друга, мы убиваем друг во друге радость: и также, очень часто, тем, как мы обращаемся друг с другом, мы омрачаем, порочим образ Божий в себе и в других людях. И вот когда речь идет о человеческих взаимоотношениях, о боли, которую мы друг другу причиняем, наш долг может быть прощен, потому что жертва нашего греха, даже если она нас вызвала на грех, или если эта жертва непорочная, получает в тот момент власть простить, подлинно божественную власть упразднить зло, которое мы совершили, и словами Христа «Прости им, Отче, они не знают, что творят» отпустить обидчика, перечеркнуть зло, выпустить на свободу того, кто связал себя узами ненависти, презрения или множеством других вещей.

Но есть в этой притче и другая сторона; в чем дело, почему Христос говорит, что мы должны друг другу сто монет, а Богу – десять тысяч монет: так много, так много? Значит ли это, что когда мы грешим против Него, грех как бы умножается тем, что Бог велик, и оскорбить Его – всегда намного преступнее, чем оскорбить ближнего? Я думаю, такое представление о Боге было бы чудовищным; я думаю, это значит, что когда мы поступаем дурно, не слушая призыва Божия, не следуя Его слову и Его примеру, это помрачает Его образ в нас, разрушает ту красоту, которую Он в нас насадил, которую Он начертал в нас, которой Он нас запечатлел, как собственной печатью. И вот это непоправимо, если только Сам Бог не исправит, если только Сам Бог не обновит то, что одряхлело, не вернет утраченную нами красоту.

В этом смысле мы должны быть очень бережны в наших отношениях с Богом. Проступки друг против друга исправить легко, потому что они малы, они поверхностны; одного слова прощения достаточно. Но то, что мы совершаем над своей душой, над самими собой, когда поступаем против Божией заповеди, Божиего зова, против надежды, которую Бог на нас возлагает, мы не можем исправить, просто сказав: «Я поступил плохо, прости!» Вся жизнь Христа, все Его страдание и смерть на кресте – вот цена, которой восстанавливается то, что мы разрушили и искривили, вместо того чтобы сделать прямым и прекрасным.

Задумаемся над этим, потому что сказать Богу «Прости» означает гораздо больше, чем сказать «Не вмени нам того зла, которое мы сделали, той неправды, которую мы совершили». Это значит: «Обнови то, что не может быть возрождено человеческими силами». Так что действительно существует несоразмерность, о которой Христос говорит в притче, между тем, когда мы поступаем неправо на путях Божиих и когда мы поступаем неправо в наших взаимоотношениях друг с другом. Поэтому давайте начнем с этих отношений друг ко другу, станем относиться к каждому человеку, как мы относились бы к святой иконе, поврежденной временем, небрежностью, злобой. Будем относиться друг к другу с благоговением, с лаской: тогда, при нашем обращении к Богу, и Он так же поступит с нами.

Да благословит нас Бог вырасти в полноту той красоты, которую Он насадил в нас и к которой Он нас призывает, и да будет благословение Господа Иисуса Христа, и любовь Божия, и причастие Святого Духа с нами во веки! Аминь.

1985 г.

На Соловках, или в штрафбате...

На Соловках, или в штрафбате,
среди бандитов и воров,
вшей, карт, параши, в крике, мате,
где за стеной мороз здоров,

Где о святом не знали речи,
где будто в бездну был провал, –
лежал на нарах человече
и молча к Господу взывал.

Быть может, на шажок от смерти
творил молитву он свою,
но с той молитвою, поверьте,
он словно в сладком был Раю.

Он знал: лишь к Богу прилепляясь,
возможно жизни смысл найти...
В молитве – будущего завязь
и Вечности живой пути.

...Ты кажешься разбит, оставлен?..
Сожми персты свои в щепоть:
пусть ты до атома раздавлен,
но в каждом атоме – Господь.